Валенки

Так наверное не хотят чтоб приезжали и голосовали неправильно.

Там специально им создается подобная ситуация. Там и с визами всякими проблемы. Хотят чтоб возвращались к себе. Полно собралось ненужных бездельников.

то есть, потенциальная почва для конфликта?..
это не плохо, если так...
чем больше конфликтов и линий раскола на территории нашего врага, тем лучше для нас...

95 % бабла у 5 % населения..

Эти существа не покупают то же что и ты..поэтому разговоры о возможной громадной инфляции это бред а инфляции у нас нет - есть картельный сговор по повышению цен.

_Andrew_

вроде нет...

После поражения в Русско-японской войне (1904–1905) русское общество охватил глубокий кризис. Унизительный мир по Портсмутскому договору (1905) воспринимался как национальный позор. Падение престижа самодержавия достигло критической точки: война, начатая как «маленькая победоносная», обернулась катастрофой. В обществе распространились гнев, стыд и ощущение брошенности армии бездарным командованием. Особенно остро это переживалось на фоне огромных людских потерь и гибели флота при Цусиме. Революционные настроения резко усилились: война стала катализатором Первой русской революции (1905–1907). Либералы требовали конституции, социалисты — свержения монархии, крестьяне и рабочие — земли и прав. Даже консерваторы и офицерство были деморализованы. Поражение подорвало веру в военную и политическую мощь империи, выявило техническую отсталость и гнилость верхов, что оставило глубокий след в национальном самосознании вплоть до Первой мировой войны.

После поражения в Крымской (Восточной) войне (1853–1856) русское общество также переживало тяжелый шок, но его характер и последствия заметно отличались от ситуации после Русско-японской войны.

Вот основные черты настроений в русском обществе по окончании Крымской войны:

Ощущение унизительного провала и угрозы распада. Поражение было сокрушительным: Россия, считавшаяся после 1812 года непобедимой военной державой, проиграла коалиции европейских стран (Османская империя, Англия, Франция, Сардинское королевство) на собственной территории. Падение Севастополя после героической обороны воспринималось как национальная трагедия. Условия Парижского мира (1856) — запрет иметь военный флот на Черном море — казались неслыханным унижением.

Крушение николаевской системы. Поражение напрямую связали с правлением Николая I (умер в разгар войны в 1855 году). Широкие круги дворянства, интеллигенции и даже часть бюрократии пришли к выводу, что крепостническая, бюрократическая и технически отсталая империя не выдерживает конкуренции с индустриальными державами Запада. Ощущение «военно-политической катастрофы» породило острый запрос на коренные реформы.

Национальное унижение и раскол. Официальная идеология «православие, самодержавие, народность» потерпела крах. Общество, с одной стороны, испытывало горечь поражения, с другой — восхищение героизмом солдат и матросов (оборона Севастополя, гибель адмиралов Корнилова, Нахимова, Истомина). Возникла характерная для русской культуры XIX века дилемма: «народ-победитель, правительство-проигравший». Неспособность верхов защитить страну усилила критику самодержавия.

Подъем общественной мысли и реформаторские ожидания. В отличие от ситуации после Русско-японской войны (где реакцией стала революция 1905 года), после Крымской войны общество настроилось на реформы сверху. Либеральная бюрократия (великий князь Константин Николаевич, Д. А. Милютин) и просвещенное дворянство активно поддержали нового императора Александра II. Поражение стало катализатором эпохи «Великих реформ» (отмена крепостного права, судебная, земская, военная реформы). Появилось ощущение, что страна должна измениться, чтобы выжить.

Рост патриотического самоуничижения и западнических настроений. Часть интеллигенции (западники) увидела в поражении подтверждение отсталости России и призвала копировать западные институты. Другая часть (славянофилы) тоже критиковала режим, но за то, что он испортил «народную правду» западным чиновничеством. Однако общий фон — острая рефлексия о «русской слабости» и необходимости модернизации.

Главное отличие от Русско-японской войны: После Крымской войны не последовало немедленной революции. Общество, пережив унижение, сплотилось вокруг нового царя-реформатора. Ощущение было не столько «бунтарское», сколько «стыдливое и надеющееся» на перемены. Революционный взрыв произойдет позже (как реакция на незавершенность и остановку реформ). После же Русско-японской войны общество уже не верило в способность царизма реформироваться — отсюда и приход первой революции.

Надолго ли, Васек, эта твоя мантра?)

Вот Педагогов и Буст нормально друг дружку подкалывают.
Васьком, Василием, Васисуалием. Бухтят там чего-то по-доброму.
Но ни разу! Ни разу! Не скатываются до пид@расов!

Кто был в советской армии? Хорошо кормили?

Не очень.Точно не как в столовой кормили, еда была отвратной. Накладывали вот в такие котелки. А уже из них сами себе по тарелкам.

То ли дело, сейчас тебя кормят.
Макарошки по воскресеньям!

Возьми да погугли..

Эти трилионы никогда не пойдут в магазины для плебса..и не сделают инфляции.

Педагогов, твоя мантра про денацификацию и демилитаризацию как-то утихла на пятом году

Таки да. Отдайте нам Краматорск со Славянском христа ради - уже на том пузырь и сдулся. Ни херсонов, ни запорожий не просют, никаких там де-

Кстати, и диванных криков «На Берлин!» и «Можем повторить» - тоже не стало, куда-то делись.
С рокетой «На Вашингтон!» стадом тоже никто не ходит. Где все это мужество?